Мы говорим христианам, что автор книги такой же христианин, как все. Он глубоко убежденный католик. Он не отрицает догматы веры, но борется с ложью в самых вредных ее формах — ложных убеждениях и суевериях. Он ищет, чтобы вывести из тьмы черного наследника Аримана, с целью показать при свете дня его колоссальное бессилие и несомненное ничтожество. Он намерен отдать многовековую проблему зла решению науки, чтобы развенчать владыку ада и заставить склонить его голову к подножию креста.

С другой стороны, автор сказал бы тем, кто занимается философией: зачем пытаться отрицать то, что вы не можете понять? Разве неверие, которое укрепляется при виде неизвестного, более предпочтительно, чем вера? Разве отвратительная форма персонифицированного зла лишь повод для улыбки? Слышите ли вы непрерывные стоны человечества, которое корчится и плачет в сокрушительных объятиях чудовища? Разве вы никогда не слышали отвратительный смех вершителя зла, который преследует каждого человека? Разве вы никогда не открывали в себе адские глубины, которые гений порока вырыл в каждой душе? Моральное зло существует — такова неутешительная истина, оно царит в некоторых духах, оно инкарнирует в некоторых людей, оно таким образом персонифицируется и потому демоны существуют; но самый злобный из этих демонов — Сатана. Большего я не прошу заметить, для вас было бы трудно одарить меня и меньшим.

Надо ясно понять, что наука и вера, действительно, поддерживают друг друга лишь поскольку их сферы остаются неизменно различными. Во что мы верим? В то, что мы не знаем абсолютно, хотя мы можем томиться из-за этого с необыкновенной силой. Объект веры для науки не более, чем необходимая гипотеза; вещи, которые находятся в сфере знания, никогда не должны обсуждаться с позиций веры, и наоборот, предметы веры не могут измеряться методами науки.